01eg: Я (Default)
  В тот вечер к чтению тетради я так и не приступил, по телику шли подряд несколько неплохих фильмов, которые я уже видел, но с удовольствием пересмотрел. Заснул я в итоге перед голубым экраном. Хотя, какой он голубой? Он голубым то никогда и не был, придумал кто-то красивое словосочетание, а прочие подхватили. Если вдуматься, большинство красивых фраз имеют столько же общего с обьективной реальностью. Хотя, что такое вообще реальность?
  Провалившись в сон, я вновь очутился на сырой площадке из вчерашнего сновидения. Все вокруг, как и в прошлый раз, окутывал густой туман, и снова я всем телом ощущал неприятный промозглый холод. Это чувство было настолько реальным, что мне тогда даже в голову не пришла мысль о том, что я сплю. Какое-то время я простоял столбом, пытаясь собраться с мыслями, затем сделал несколько неуверенных шагов вперед, под ногами что-то хлюпноло - я снова наступил в лужу. Выругавшись, я  сделал шаг назад, как, вдруг, в моей голове, будто извне, возникла одна очень настойчивая мысль: сконцентрируйся! На каком-то абсолютно покорном автопилоте я принялся сердито и с каким-то внутренним нажимом таращиться на окружающую меня серую мглу. И, черт меня побери, туман стал отодвигаться, высвобождая моему взору пространство вокруг. Не могу сказать, что мне удалось разогнать его больше, чем на 5-6 шагов, но даже такой результат меня самого сильно удивил. На открывшейся моей взору былужной мостовой я увидел 2 лужи, одну большую, в которую я так неосторожно недавно наступил, и еще одну, поменьше, чуть левее. Затем моя способность к концентрации внезапно ослабла, сдулась, как лопнувший шарик, туман снова охватил меня в свои сырые объятия.
   И вот я лежу продрогший в неудобной позе на диване, а в телевизоре бесконечным циклом крутится заставка об окончании программы передач до утра. Часы показывают пять утра, в моем запасе еще есть часа три до подъема на работу, но спать больше не хочется. Чувствую себя одновременно и разбитым, и  странно возбужденным, чувства поразительно обострены: нос улавливает малейшие запахи, часы на стене тикают так, будто я приложился к ним ухом. Я даже, кажется, слышу, как кто-то парой этажей выше открыл в ванной кран и принялся чистить зубы. Я не припомню, чтобы кода-либо еще моя традиционная утренняя чашка растворимого кофе источала такой сильный аромат. Я не помню, чтобы чувствовал доносящийся из окна запах влажной от росы листвы. Я даже ощущал исходящий от рук слабый запах мыла, которым я умылся. Обычно, я не могу долго находиться в бездействии, но сейчас я просто сидел и завороженно вслушивался в пробуждающийся вокруг меня привычный мир, который открылся мне под каким-то совершенно новым углом. Нет, не новым, свежим, как запах ветерка из окна.
 
 
01eg: Я (Default)
История с гибелью юноши не то, чтобы меня поразила, но оставила неприятный осадок, какой бывает, когда посмотришь на ночь какое-нибудь серьезное, хорошее кино, где нет слащавого хэппи-энда и герой в конце погибает. И, вроде, отдаешь отчет, что вся история - художественный вымысел, понимаешь, что герой весь фильм шел шел к именно такой развязке, и, главное, закончись фильм паточно-благополучно, сам же потом бы плевался, но все равно идешь спать с испорченным настроением. Вот и в тот раз я лег с каким-то муторным ощущением на душе и долго ворочался в постели, многократно прокручивая в голове прочитанное. Когда же, наконец, я забылся сном, то вместо провала в привычную, обволакивающую черноту я обнаружил себя стоящим среди густого серого тумана. Видимость была настолько плохой, что мне с трудом удавалось разглядеть кисть собственной вытянутой перед собой руки. Когда я понял всю тщетность попыток увидеть хоть что-нибудь сквозь густую дымку, то попытался оглядеть себя. Начал я с ладоней, ведь именно с них советовал начинать свои путешествия во второе внимание главный нагваль Кастанеда. Покрутив перед носом кистями рук и с удовлетворением отметив, что мои ногти, как и положено, коротко острижены, я опустил взгляд ниже и отметил, что одет я в домашние растянутую футболку, видавшие виды шерстяные спортивные штаны и старые потертые вьетнамки. "Типичный парадный прикид путешественника в иные миры", - подумал я про себя. После новых бесплодных попыток разглядеть хоть что-нибудь в окружающей меня мгле, мне вспомнились слова автора дневника о его опыте первой прогулки в сером мире, и я решился просто шагнуть наобум в густое, непроницаемое пространство. При первом же шаге обутый поверх носков вьетнамок предательски слетел с ноги и скрылся из поля зрения. Балансируя на одной ноге, я принялся шарить наощупь другою. Судя по ощущаемым пальцами неровностям, под ногами была булыжная мостовая, живо напомнивашя мне о старом, отстроеном в величественном немецком стиле городе, где прошло мое детство. Очень быстро моя нога угодила в какую-то лужицу, и носок пропитался водой. Я выругался. Кажется, в итоге я все-таки нашарил вьетнамок. К тому времени ясность мышления была мною полностью утрачена, в голове начался полный сумбур, какой часто случается во сне, из которого меня вытащил на поверхность противный, неумолкающий писк будильника.
"Блин, это ж надо, как на меня вчерашнее чтение подействовало", - думал я про себя, плеская опухшее лицо водой. Чувствовал я себя абсолютно разбитым, в голове гудело даже после чашки утреннего кофе, и только шипучий аспирин с витамином Ц более или менее привели меня в фокус. На работе я все утро лениво читал какие-то истории и анекдоты в интернете, несколько раз гонял за кофе и обрел нужную продуктивность только к обеду, на который я не пошел, так как желудок отказывался проявлять какие-либо признаки аппетита. "Не знал я, что ты такой впечатлительный", - ехидствовал внутренний противный голосок, от которого я всячески пытался отмахнуться.
Наконец, я с головой ушел в работу, пытаясь наверстать упущенное утром время, и к мыслям о тетради вернулся лишь вечером, переступив порог своей квартиры. События прошлой ночи не только не отбили у меня интерес, а скорее раззадорили: теперь это было уже не просто праздное любопытство, но и в какой-то степени вызов самому себе.
 
продолжение следует...

 
01eg: Я (Default)
Я легко нашел в тетради страницу, на которой я прервался. На удивление, я очень отчетливо помнил все, что успел тогда прочесть. С трудом верилось, что последний раз я держал в руках тетрадь несколько лет назад.
 Мои изматывающие эксперименты с концентрацией внимания, наконец, принесли плоды, впервые мне удалось усилием мысли не просто рассеять окружающую меня мглу, но и совершить перемещение в пространстве. Я очень ясно помню, как и когда ступил во сне свой самый первый шаг. Интересно, что до того дня, верне ночи, мысль о передвижении ни разу даже не приходила мне в голову. Это был внезапный импульс, моментальное озарение, толчок, будто пришедший извне. И прежде, чем мой рассудок успел отреагировать, тело пришло в движение. Тогда я смог ступить всего несколько шагов, затем моя концентрация поколебалась, и до самого пробуждения я не в состоянии был даже рассеять укутавший меня снова со всех сторон туман. Но я был уверен, я знал, что для меня началась какая-то новая веха.
Чем-то мои ночные экзерсисы напоминали обучение боевым искусствам - мастер заставляет тебя разучить и довести до совершенства какое-то движение, затем еще одно и еще, смысл их и практическая польза тебе обычно не ясны, пока ты не овладеешь целым комплексом. Так и я, кажется, перехожу с одного упражнения к другому, несколько более сложному, и в полной мере оценить результаты своих усилий также смогу лишь в обозримом будущем. Только вот сэнсея у меня нет. Или все-таки есть? Может, свой первый шаг я сделал вовсе не по наитию, а на самом деле меня ведет по неведомому пути чья-то незримая рука? Нет, маловероятно.
Все  утро меня распирало от гордости и  того особого ощущения почти всемогущества, которое  посещает нас всякий раз, когда нам удается совершить нечто по внутренним меркам значительное. Днем меня захлестнула  рабочая рутина, а на вечер было запланировано празднование дня рождения одной старой приятельницы, знакомой мне еще со времен института.
Бесцельно слоняясь с бокалом вина в руке из одной комнаты в другую, я вышел на крытый балкон, где моя гостеприимная хозяйка, дымя сигареткой, щебетала о чем-то с одной из своих товарок. Несколько секунд я прислушивался к их беседе, решил не встревать и уже было поверулся, чтобы уйти, как мое внимание привлекла висящая на стене картина. Вернее, рисунок  карандашом, помещенный в дешевую рамку. Нарисовано было отменно, хотя некоторые шероховатости стиля наводили на мысль, что художник - скорее всего не профессионал, а талантливый самоучка. 
- Нравится? - спросила меня приятельница.
- Неплохо, талантливо даже.
- Да, только мрачновато, как по мне.
- Есть немного. А чье это?
- Мальчика одного, сына моей хорошей подруги. Ой, да ты ж его видел!
- Я?
- Ну помнишь, я пару месяцев назад к тебе парня одного молодого направила?
- С навязчивыми идеями о снах?
- Точно. Хороший был мальчик. Каким он тебе, кстати, показался?
- Я не успел составить полной картины, он у меня совсем недолго пробыл...  Стоп! Ты сказала: "был"? Почему "был"?
- А, ты же не в курсе...  Он погиб.
- Как?!
- Не знаю. Там какая-то темная история. Танечка, мама его, не распостранялась, а мне лезть к ней с расспросами - сам понимаешь. Но думаю, что суицид, учитывая его душевное состояние.
- Ты его хорошо знала?
- Не особенно, сколько его помню, он всегда был странным,замкнутым мальчиком. Рисовал хорошо, но в одном стиле все, мрачное...
- Готика?
- Что-то вроде. Все, мне пора к гостям, сладкое пора подавать. Ты к торту что будешь, чай или кофе?
 
Оставшись на балконе один, я еще какое-то время стоял оглушенный, не в силах отвести глаза от изображенных на рисунке знакомых контуров города из моих снов.
 
Продолжение следует...
 
 
01eg: Я (Default)
Тот год у меня выдался на редкость насыщенным событиями, нередко неожиданными в первую очередь для самого меня, которых с лихвой бы хватило на сюжет надуманного авантюрного романа 18-го века или опереточный латиноамерекинаский сериал. Выходя тем утром из дома, я никак не мог предполагать, что продолжу чтение через неполных четыре года. Как и не знал я - тогда спортсмен и практически абстинент,  что не позднее, чем через 12 часов мы с приятелями будем сидеть на корточках, погруженные по шею в пахнущую хлоркой воду детского бассейна, одного из городских спорткомплексов, где у нас были свои связи. Вернее, не сидеть, а безостановочно прыгать, словно резиновые мячики, на протяжении несколько часов, вытрясывая таким образом из себя излишки энергии от периодически нахлобучивавших волн эйфории и позитива, каждая величиной с девятиэтажный дом. Определенно, утром ничто не предвещало о том, что этим вечером мне будет впервые суждено попробовать экстази. Особых откровений не ждите, волшебная пилюля не изменила ни мою жизнь, ни мировозрение. Еще одно событие в копилку ярких жизненных впечатлений, слишком интенсивное, чтобы хотеть его немедленно повторить, и слишком яркое, чтобы хотеть девальвировать ощущение праздника частыми повторами. Поэтому то, наверно, мой психоделический опыт и по сей день продолжает быть весьма скромным. Тот день просто был первым в длинной цепочке событий,  различных по накалу своей драматичности и невероятности, приближения которых я точно также никак не мог предвидеть. Многие из них связывало лишь то, что произошли все они за короткий период, состоявший из нескольких недель, в течении которого времени на себя у меня просто не оставалось. Потом был переезд, затем со мной неожиданно (как это чаще всего и бывает) случилась большая любовь и, наконец, - женитьба, стремительностью, напоминавшая блицкриг, и также провально закончившаяся три с небольшим года спустя.
И вот, я снова один, в новом для меня и пока еще абсолютно чужом городе, в почти пустой квартире, которую я еще не успел почувствовать своим домом, разбираю свои нехитрые пожитки, состоящие преимущественно из коробок с книгами. Есть компьютер, но нет интернета. Из радиоприемника  уже который раз за день, несколько скрашивая монотонность протирания запылившихся книг, патокой льется "Майа ыыы, майа ооо..." -  хит молдавского поп-трио, разрывавший в этом году дискотеки Европы. Как же он называется? А, неважно. Я сижу  на табурете, достаю из коробок книги, обмахиваю их тряпкой и хмуро размышляю об одиночестве, которое больным зубом ноет в душе куда невыносимее, когда ты одинок вдвоем, и о том,  что сколько ни убеждай себя в обратном, в итоге всегда приходит болезненное прозрение, когда ты с  неизменной пронзительностью в который раз осознаешь, что одинок,  что нет и не было никакого "мы", и что после похмелья, всегда пропорционального степени опьянения, перспектива остаться одному уже не кажется столь мрачной.
И, вот это да,  что я неожиданно нахожу в коробке с уже несколько лет нераспакованными книгами? Вопрос, ясное дело, риторический. Страницы немного отсырели и местами покрылись плесенью, но это поправимо. Странно, но я абсолютно не помню, как я ее сюда паковал...   Удивительно, я, впервые за долгое время, наслаждаюсь одиночеством, а ля герой "Роскоши изгнания", и тетрадь эта снова тут как тут! Такое впечатление, что это не я ее, а она меня находит.
 
Продолжение следует....

 
01eg: (sobak)
От сна меня пробудила агрессивно-кислотная мелодия группы "Кэмикал Бразерс", раздававшаяся из мобильника и отадавшаяся, казалось, непосредственно в черепной коробке. Пытаясь понять свое местоположение в пространстве, я обнаружил себя сидящим в позе шахматного коня, склонив голову прямо на письменный стол. Спина и шея жутко затекли в неудобном положении, к тому же я абсолютно не помнил в какой именно момент меня вырубило. Ответить на звонок я не успел. Звонили с закрытого номера, сообщения не оставили. Хм...  Когда звонят из какой-нибудь организации или там, конторы, обычно оставляют сообщение. Не люблю я с некоторых пор звонки с закрытых номеров...  Ну, да бог с  ними, кому надо, перезвонит.
К счастью, я не забыл нагреть с вечера водяной бак, и направляяя горячую струю душа на затекшую шею, я более или менее смог вопроизвести в памяти прочитанное этой ночью. Туман в голове окончательно рассеялся лишь после чашки кофе. Начинались выходные, а это значило, что при условии, что никто мне не упадет на хвост так, что не отвязаться (крайне маловероятно), можно будет плодотворно посидеть над тетрадью.
- "Это ж надо, как вовремя мне эта тетрадка в руки попала", - лениво думал я, допивая свой кофе с молоком. "Попадись он мне эдак месяца два назад, когда у меня была подруга, почитал бы я тетрадь в выходные, как же! Меня бы ожидал целый список полезных заданий, таких как, уделить время, выгулять, организовать досуг и прочая, и прочая, и прочая... " - вообще-то, я ко всем этим мероприятиям очень даже лояльно отношусь, да и сам, вроде, неплохо с ними справлялся. Было бы ради кого... Но, конкретно сегодня,  тот факт, что посвящать свое время я никому не должен, пришелся очень даже в тему.
Еще мне подумалось, что, исходя из прочитанного, можно заключить, что неведомый автор тетради, также, как и я , жил один. Как бы иначе ему удавалось посвящать столько времени себе любимому? Да и в тексте не было ни одного упоминания о каких-либо домочадцах. Судя по тому, что автор успел о себе сообщить, человеком он был уже далеко не молодым. К тому же, складывалось впечатление, что одиночество его абсолютно не тяготит. Может быть, именно поэтому я ощущаю в нем что-то близкое? Интересно, каким он был? Отшельником-одиночкой, книжным червем, избегающим женщин из плоти и крови? Может, его профессиональная привычка копаться в душах других не позволяла ему сблизиться с кем-либо достаточно близко? А, может, он просто был банально разведен и жил отдельно? Странно, что при том, что, как мне кажется, я очень явственно ощущаю личность автора и улавливаю ход его мыслей, я, тем не менее, знаю о нем ничтожно мало. Еще, снова прокручивая в голове прочитанное, мне не без грусти подумалось, что тетрадь заставила меня вернуться к вопросам, которые еще несколько лет назад для меня являлись чуть ли не насущными, и которые я так основательно забросил в погоне за карьерой и удовольствиями.
Уже закрывая входную дверь на ключ, я, наконец, понял, что соринкой в глазу не давало мне все утро покоя. Я мог поклясться, что перед тем, как резко проснуться сегодня, я что-то такое ощущал...  То был не связный сон, даже не обрывки образов, скорее некое остаточное впечатление, почти сразу улетучившееся, как только я открыл глаза. В привычном черном забытье, из которого меня выдернул утренний звонок, было что-то не так. Этим утром оно было каким-то...  туманно-серым.
 
продолжение следует...

 
01eg: Я (Default)
Я снова прервался, размышляя. Автор текста упомянул "Упыря" Толстого, лучшую вещь в его мистической трилогии, которой я в детстве прямо таки упивался. В стерилизованый, доперестроечный книжный мир моей в одночасье развалившейся родины мистическая литература смогла прорваться лишь при помощи наших классиков,Толстого и Гоголя. "Страшную месть" последнего я и сегодня считаю шедевром, ни в чем не уступающим лучшим произведениям культового классика жанра, Говарда Лавкрафта. В доме моих родителей собрание сочинений Николай Василича было еще дореволюционным, и все эти "ять", "i" и твердый знак в конце слов придавали прочтению некий особенный аромат, создавая больший эффект погружения в атмосферу повествования. Кстати, наш доктор подкован весьма неплохо и явно предпочитает классику, Бирз, Лавкравт...  Чем ему Кинг, интересно, не угодил? У него тоже есть несколько очень сильных вещей. Хотя и шлака всякого у него тоже предостаточно, что неудивительно, учитывая его коммерческую хватку и редкостную плодовитость. Да...   познакомиться с автором тетради было бы любопытно - мне нравится, как он излагает мысли, а с "Упырем", так вообще порадовал. Вон, сколько воспоминаний нахлынуло...   Надо бы еще чайку.
"С тех пор я начал внимательнее присматриваться или, вернее, прислушиваться к себе и очень скоро заметил четкую связь между прогрессом в моих ночных упражнениях и метаморфозами, происходившими со мной в светлое время суток. Очень скоро я начал чувствовать настроение любого из окружающих меня людей.
И дело здесь не физиогномике. "Прочесть" человека, опираясь на внешние показатели, такие, как мимимка или жестикуляция я, смею надеяться, был способен и ранее. Это было что-то другое, какое-то чувство, приходящее изнутри и не основанное ни на каком-либо предварительном анализе. Поначалу я ощущал только сильные эмоции, но со временем поднаторел и научился чувствовать людей значительно острее.
Будучи способным угадывать настроение собеседника, я неожиданно приобрел еще одно качество, которым до тех пор особенно не отличался - обаяние. Речь идет не столько о людях из моего ближнего круга, сколько о наших повседневных интеракциях с людьми малознакомыми, вроде похода в магазин, кафе или станцию тех. обслуживания. По видимости, способность угадывать настроение собеседника заставляла меня автоматически подстраивать свое поведение соотвественно складывающейся ситуации. В профессиональной деятельности моя новобретенная эмпатия давала еще более замечательные результаты,  значительно улучшив не только способность налаживать контакт с пациентом, но и остро улавливать тревожные состояния."

"Как интересно..." - подумал я, сделав очередную паузу. Наблюдения доктора во многом перекликались с моим личным опытом. Какое-то время назад, борясь с распухшим чувством собственной важности,  я обнаружил, что меньшая зацикленность на себе позволяет увидеть мир в несколько ином свете. Будто призма собственного "Я", через которую все мы смотрим на окружающий нас мир, становится чуть тоньше, и ты начинаешь лучше понимать и чувствовать мотивы, лежащие в основе поступков других. Что также немаловажно, с тех пор окружающие тоже стали находить меня человеком несколько более приятным. Кажется, мы с доктором, пусть и очень разными путями, пришли к одним и тем же наблюдениям. Мда...  по ходу дела, этот текст куда серьезнее, чем я изначально мог ожидать.
 
продолжение следует...

 
01eg: Я (Default)
Мои размышления прервал неожиданный звонок мобильника, заставивиший меня вздрогнуть. Раздававшаяся мелодия похороннного марша избавила меня от рывка к телефону, в записной книжке под этой мелодией значилась лишь одна персона, отвечать которой я категорически не хотел. Внезапно, я вскочил, как ужаленный.
"Черт! Тебя сейчас тут только не хватало!" - вспомнилось, что моя знакомая имела неприятную привычку заявляться в гости без предупреждения, выбирая чаще всего тайминг наиболее неудачный.
"Прячусь в собственнной квартире. Дожили..." - бурчал я себе под нос, выключая в комнате верхний свет, видный в окне с улицы - "Слава богу, я через пару месяцев отсюда съезжаю."
Опасения мои, к счастью, не подтвердились. В дверь в тот вечер так никто и не постучался. Сделав себе новую порцию чая и проглотив также на ходу вторую порцию шаурмы, я снова вернусля к чтению.
"Месяца два спустя я обнаружил в себе еще одно неожиданное новое для меня качество - обострившуюся интуицию. Надо сказать, что этим чувством я никогда не обладал и вообще относился к нему крайне скептически. Я считал интуицию скорее псевдоаргументом, придуманным людьми, не способными ясно мыслить логически. Все мои попытки "прислушиваться к внутреннему Я" заканчивались, обычно, плачевно. Правда, я порой поражал своих знакомых умением прогнозировать развитие различных жизненных ситуаций, но это всегда было результатом анализа. Теоретически, я допускал наличие у отдельных, крайне редких людей развитой интуиции или даже дара предвидения. Говорят, Капабланка был таким вот интуитом, никогда не просчитывавшим ходы своих партий. Не знаю...     Практически жв, встречая людей, утверждавших, что обладают развитой интуицией, я наталкивался только лишь на плутовство или самообман. Так что с некоторых пор подобные заявления вызывали у меня в лучшем случае скептическую улыбку. Однако случай, произошедший со мной в тот ясный октябрьский день навсегда изменил мое отношение к предмету. Среди моих пациентое был один молодой парень, вернее подросток, переживший несколько лет назад весьма травмирующее событие - суицид отца. Кажется, это именно он нашел тело. Мне никак не удавалось достучаться до этого паренька, на встречи он приходил явно из под палки, всегда с мамой, на вопросы отвечал чаще всего неохотно и крайне односложно. Одет он был всегда в темное и никогда не расставался с солнечными очками, скрывавшими половину его лица. При этом, насколько я мог понять, парень не считал себя "готом".  Их за последние годы у меня тоже побывало немало. Прямо какое-то повальное увлечение...   В общем, мне никак не удавалось "прочитать" этого молодого человека, все мои попытки наталкивались на невидимую стену равнодушия. И в тот день, посреди снова не ведущей ни к чему беседы, меня вдруг неожиданно осенило! 
- Ты, кажется, считаешь себя вампиром? Так ведь? - спросил я его. Парень резко поднял голову и, кажется, впервые посмотрел на меня с интересом.
 - Как Вы догадались?
- А что ты знаешь о вампирах? - спросил я, игнорируя его вопрос.
- Ну...
- "Дракула" Копполы и прочая видеопродукция - не самый достоверный источник, знаешь ли. Стивена Кинга я бы тоже всеръез не воспринимал.
- А кого - да?
- Ну...  я бы пожалуй начал с новеллы Алексея Толстого.
- Какой новеллы?
- "Упырь", кажется. Записать тебе на бумажке?
- Да.
- Держи. У Амброза Бирса есть несколько любопытных вещей, и конечно же, Говарда Лавкрафта стоит почитать. Я тебе их тоже запишу. Ну, а потом я бы взял бы что-нибудь более серьезное, какие-нибудь труды по демонологии, например. В университетской библиотеке я, кажется, что-то такое видел.
Заметив на его лице тень сомнения, я добавил:
- Туда, кстати, пускают всех, не только студентов. Я и сам туда иногда хожу.
- Вы? А Вам зачем?
- Ну, я же тоже далеко не все на свете знаю, а подборка книг у них просто отменная.

С этого дня наши встречи стали протекать совсем по-другому. Теперь мы действительно беседовали, нередко обсуждая новые знания, которыми мой подопечный успел обогатиться за прошедшую неделю. Какое-то время спустя, я с удовлетворением сказал его матери, что моя помощь больше не требуется.
Нащупав в тот самый день тропинку к душе паренька, я октрыл в себе некое новое качество, которым до тех пор никогда не обладал.

продолжение следует... 
 
01eg: Я (Default)
Рабочий день прошел, как в тумане, я постоянно мысленно возвращался к тетради, испытывая возбуждение, подобное тому, какое обычно испытывает коллекционер, разглядевший раритет в груде дешевого хлама. Явно, это был не самый продуктивный мой день.
По дороге домой,  чтобы сэкономить время на готовку, я купил 2 порции шаурмы в своей любимой арабской забегаловке. В рекордное время уничтожив первую порцию ориентального фастфуда, я с чашкой чая уселся в кресло и, (наконец-то!), развернул тетрадь.
"Исследование открывавшегося мне во сне мира происходило очень медленно.Это более всего походило на блуждание в огромной, погруженной во тьму зале с миниатюрным брелочным фонариком, захватывающим в кружок света лишь мизерную часть окружающего. Как я уже сказал, мои изнурительные еженощные упражнения с концентрацией внимания, после которых я нередко просыпался выжатым, как лимон, не прошли даром. Это чем-то напоминало работу в тренажерном зале, где результат твоей работы  напрямую зависит лишь от собственного упорства и становится заметен лишь спустя значительный промежуток времени. Я не могу объяснить, почему каждую ночь я с таким необъяснимым упорством "упражнялся с фонариком". Не скрою, мне была чертовски интересна эта новая грань моей жизни, хотя на сегодняшний день подозреваю, что моя ночная деятельность не до конца зависела от моей воли. Через еще некоторое время я заметил, что мои сновидческие успехи, кажется, дают себя знать и в реальной жизни: значительно улучшилась не только моя спосбность к концентрации , но и в целом рефлексы. При том, что просыпался я чаще всего, чувствуя себя измотанным, при помощи душа и черного кофе это состояние полностью улетучивалось в течении ближайшего часа, сменяясь непривычной для меня ранее работоспособностью и остротой чувств."
- Ух ты!  Чувак, по ходу, практиковал осознанные сновидения в духе Кастанеды, сам того не зная, - размышлял я, прервавшись, чтоб поразмыслить над прочитанным. Вспомнилось мое собственное увлечение в студенческие годы Кастанедой, чьи откровения снесли не одну  слабозакрепленную крышу. Начинать практику осознанного сновидения мэтр советовал с нахождения во сне собственных ладоней, упражнения, которое я так и не смог осилить. Сколько раз я настраивался перед сном с твердым намерением этой же ночью, наконец, увидеть во сне свои руки...   Да уж...  Магом я в итоге так и не стал, но зато хоть не двинулся мозгами, как парочка моих знакомых, воспринявших слишком уж дословно откровения плодовитого латиноамериканца.

продолжение следует...
 
01eg: Я (Default)
"Поиски в библиотеке оказались не особенно успешными. Хоть я и нашел кое-какую информацию на тему повторяющихся сновидений, посвящена она была почти целиком случаям посттравматического расстройства. Типичные шаблоны свойственных этому состоянию снов тоже разительно отличались от моего по своей сути - то были сновидения в которых спящий обычно переживал некое значительное, даже стрессовое событие, такое как, например, падение, полет, невозмозможность двигаться, дышать или говорить, потерю зубов и т.д.
Ну что же...    в том, что у меня все-таки не посттравматическое расстройство, я более чем уверен. Хотя старина Юнг тоже говорит о неврозе, но это еще куда ни шло. Интересно все же, что этот сон означает? Что пытается до меня донести мое бессознательное?
Сон, тем временем, продолжал повторяться каждую ночь. Через несколько дней я сделал маленькое открытие - совершив над собой определенное усилие, я мог, как бы наводить резкость - на маленьком кусочке пространства, куда я обращал свое внимание, туман расступался, и я был в состоянии различать самые мелкие детали: шершавую фактуру булыжника мостовой, маленькую лужицу у обочины, выбоину бордюра, рельефный чугун фонарного столба. Также я  не мог не заметить, что эти усилия , по видмости, отняли у меня немало сил, так как наутро я проснулся полностью разбитым.
Весь день потом я мысленно возвращался к своему ночному опыту, тщетно размышляя над его смыслом. Тем же вечером, укладываясь в постель, я твердо решил по возможности повторить свой опыт и постараться "наводить резкость" невидимого бинокля на сей раз не столь бесцельно, а попытаться его контролировать. Не могу сказать, что у меня сразу получилось, но где-то через неделю упорных попыток я перестал просыпаться по утрам полной развалиной, Не просыпался я и отдохнувшим. Скорее, просто привык, втянулся...
А еще через несколько дней, вернее ночей, я сумел не просто концентрировать внимание осознанно, но и почти мгновенно
переводить его с одного обьекта на другой. Еще через две недели упорных еженощных упражнений я уже мог рассеивать окружающую меня мглу  настолько, что начал различать очертания нависавшего надо мной незнакомого, серого города."
 - Черт, уже пять утра! Надо хоть пару часов поспать, а то точно на работу не встану. Все равно ведь за один раз я всю тетрадь не закончу, там еще читать и читать. Но, чертовски интересно, что ни говори, - размышлял я, засыпая.
Спал я достаточно беспокойно и неглубоко, в голове хаотически крутились обрывки прочитанных фраз и разрозненные образы,  а когда, я, наконец, провалился в желанную безмолвную темноту, почти сразу же зазвонил будильник. Покряхтывая, я горбился за утренним кофе,  с солидарностью вспоминал нелегкие пробуждения Доктора (так я его теперь называл), и думал, что если не выдворю себя из дому пинками в самое ближайшее время, то снова засяду за притягивающую магнитом тетрадь.

продолжение следует...
 
01eg: Я (Default)
"Что такое сновидения? - размышлял я сам с собой, когда сон повторился уже в 3-ий раз. "Я никогда не верил, что в них таится некий скрытый смысл, никакой это не прорыв фрейдистского подсознательного и, едва ли,"манифестация бессознательного" - при всем моем уважении к старине Юнгу. Сновидения - лишь фантасмагории, химеры, рожденные нашим беспокойным, не знающим отдыха мозгом. Когда в него не поступает достаточно информации извне и ослаблен контроль сознания, он начинает сам придумывать себе работу, хаотически создавая порой самые причудливые образы, собранные из осколков наших впечатлений. Можно бесконечно долго искать в этом некую систему, есть даже такие, которые этим кормятся, но смысла в этом нет никакого. Хотя что там Юнг говорил о повторяющихся снах? Надо будет потом посмотреть..."  Вечером того же дня, вернувшись домой,  я достал с полки юнгианский справочник, в котором прочел примерно то, что и ожидал:  получалось, что у меня конфликт между сознанием и бессознательным, чьи импульсы я по какой-то причине "не готов интегрировать". Но что могло "манифестировать" мое сновидение?  В нем не было никакой событийности. Что, черт побери, я не способен интегрировать?! Когда сон повторился еще дважды, меня  эта тема уже занимала настолько, что я не поленился и отправился в библиотеку местного университета с твердым намерением найти более подробную информацию на интересующую меня тему. "
 - Универ? Однако! - подумал я, превравшись. Бывали времена, когда я и сам часами, да что часами, днями пропадал в той библиотеке, читая чаще всего совсем не то, что требовалось учебной программой. Сколько же там было сокровищ! У меня даже был "свой" отсек, куда, как тогда мне казалось, кроме меня и не ходил то никто. На его полках стояли в основном книги по буддизму, индуизму и прочим восточным верованиям. Среди массы малоинтересного хлама я нашел несколько настоящих перлов, один из которых, каюсь, еле удержался, чтобы не стащить, так я его тогда хотел. То была книга, название которой я сейчас вряд ли вспомню, содержавшая массу поучительных, приводивших меня тогда в полнейший восторг историй из жизней нескольких известных учителей дзэна эпохи Камакура. Волшебное было место. Даже грустно немного, что сегодня всю нужную инфу проще всего найти в нете...  Слоняясь по библиотечным корридорам я нередко натыкался на весьма колоритных перонажей, и порой возникало чувство, будто ты находишься в каком-то огромном санктуарии, где находят приют самые диковинные существа. Интересно, а мог ли я встречать там нашего доктора? Как он выглядел? 
Я опустил глаза на раскрытую передо мной тетрадь, сделал глубокий вдох и снова нырнул в раскрытые передо мной четкие, местами резковатые, как зубцы ЭКГ, убористые линии текста.

продолжение следует...
 
 
01eg: Я (Default)
"Ничего себе!" - подумал я,  оторвавшись на минуту и массируя пальцами виски. Я уже немного приноровился к почерку автора, но для глаз чтение все еще оставалось серьезной нагрузкой. Немного передохнув, я перевернул страницу и снова вгрызся в текст.
"Сны...   До недавнего времени я очень редко их видел. Засыпая, я всегда почти сразу проваливался в комфортное небытие вплоть до самого пробуждения. Помню, когда я был подростком, моя мать нередко рассказывала мне свои сны, которые она видела практически каждую ночь. Многие из них были поразительно красочными, с настолько замысловатыми сюжетами , что порой у меня возникало ощущение, что помимо своей дневной обыденной жизни, мама ночью интенсивно проживает еще одну; в ином, куда более волшебном и загадочном мире. Помню также, как мне тогда было чертовски обидно, что сам я спал всегда, как бесчувственное бревно.
Здесь я должен сделать одну поправку: я прекрасно осведомлен о том, что все мы видим сны в коротковолновой фазе, но чаще всего затем моментально забываем свои видения. Деятельность мозга - тема, к которой я неравнодушен практически еще с детства . И, смею надеяться, подкован я в этом вопросе весьма неплохо.
Но так или иначе, за всю свою жизнь я могу припомнить лишь считанные случаи, когда мне что-либо снилось. Случалось подобное не чаще, чем раз в несколько лет. По прошествии пары недель после описанного выше визита, подобное положение дел необратимо изменилось. И сегодня я уже не уверен, что более зыбко - мои видения или привычный с детства дневной мир.
Я отчетливо помню тот первый раз: ощущение густого тумана, тусклый, желтоватый свет фонарей, холодный, пронизывющий воздух, стук чьих-то шагов по булыжной мостовой - вот, собственно, и все, что я тогда увидел. Несколько удивила меня тогда, скорее всего, поразительная четкость своих ощущений, полная иллюзия физического присутствия. Я явственно
различал запах озона во влажном воздухе, тело ежилось от промозглого холода, ноги чувствовали неровности мостовой...   Еще было в этом сне что-то необъяснимо и неуловимо тревожное. Хотя нет, впервые я что-то такое ощутил только на следующий день, когда тот же сон приснился мне снова."

продолжение следует...
 
 
01eg: Я (Default)
"Очень скоро стало ясно, что мой посетитель не столько хотел поговорить о своих проблемах, сколько выудить некую информацию у меня. В частности, его интересовали навязчивые сновидения. "Дорогой мой, - сказал я ему  - давайте Вы хотя бы в общих чертах опишете свою проблему, возможно, тогда мне будет легче предоставить интересующие вас сведения." Юноша глубоко вздохнул, откинулся на спинку кресла, в которое мне удалось таки его затащить, и глядя мне в прямо в глаза своим диковатым взглядом начал свой рассказ. Из его несколько сбивчивой истории я понял, что вот уже несколько лет он каждую ночь видит один и тот же сон. Во сне он оказывается в неком городе, каком именно, он определить так и не сумел. Некоторое время он  бродит невидимый по его его улицам, прохожие одеты в наряды века 18-го или 19-го, затем проходит в некий большой дом или дворец, бродит по его залам, а затем попадает в огромную пустую комнату или зал, где в центре за столом сидят четыре женщины. В какой-то момент женщины замечали чужое присутствие и начинали поиски непрошенного посетителя. И с каждой ночью они были все ближе и ближе к его поимке, что вызывало у моего гостя, судя по его реакции, нешуточный испуг. Молодой человек хотел знать, случались ли подобные случаи в моей практике и что может с ним случиться, если его в его сне в конце концов найдут. Я  честно ответил, что с точно такими же случаями не сталкивался, но если он позволит мне немного поработать с ним, я, скорее всего, смогу понять истинный смысл его сновидения. Прочитав выражение его лица, я добавил, что если он все же решит не продолжать, то я могу посоветовать ему  попробовать встретить опасность без страха, лицом к лицу; тогда, возможно, он сможет, наконец, понять истинный смысл своего сна. Молодой человек на секунду задумался, затем поднял на меня глаза и сказал:
- Можно еще вопрос?
- Конечно
- Скажите, а не было ли в Вашей практике случаев, когда чьи-либо сны в итоге сбывались или начинали так или иначе происходить в реальности?
"Да уж, с этим парнем надо работать и работать," - подумал я про себя. А вслух сказал, что за свою многолетнюю практику ни разу не сталкивался с ситуацией, когда бы сновидения проявлялись в реальном мире. Юноша тепло поблагодарил меня и ушел. Больше я его никогда не видел. Позже, пытаясь навести о нем справки, я узнал, что примерно через 2 недели после нашей беседы он погиб. Именно тогда все это и начало происходить со мной."
 
 продолжение следует...

 
01eg: Я (Default)
Уффф! Я прервался и перевел дух. Чтение, на удивление, выматывало. Скорее всего, виной тому был неразборчивый почерк, хотя, могу поклясться, я буквально ощущал какую-то энергию, исходящую от этих строк. И выматывала она не меньше тяжелого, неприятного разговора. "Сбацаю кофейку, передохну и продолжу", - подумал я. Зловещие предупреждения автора произвели на меня обратный эфект, лишь еще более распалив мое любопытство. По хорошему, давно пора было закругляться -  утром на работу, но сна все равно не было ни в одном глазу. Да и перспектива томиться в неведенье еще целые сутки, прежде чем я снова доберусь до тетради узнаю наконец историю ее хозяина, казалась малопривлекательной. "Максимум, утром супрадин бахну, не впервой", - рассуждал я, нетерпеливо прихлебывая кофе и снова склоняясь над тетрадью.
"Отец мой всю свою сознательную жизнь проработал хирургом, наверное во многом именно это определило мой выбор профессии, хоть я в итоге и выбрал куда более бескровную область. "Я кромсаю тела, а ты - души", - любил он подшучивать надо мной. Отец был не прото человеком очень знающим и умным, но и немало повидавшим на своем веку. При этом ничто в его пестрой биографии не поколебало в нем убежденного материалиста. Точно также и я до недавних пор был уверен, что причина любой чертовщины кроется либо в психозе, либо в намеренной попытке ввести в заблуждение окружающих. За поледнее время моя убежденность дала огромную трещину.  А все началось в тот самый день, когда порог моего кабинета переступил неизвестный мне  всклокоченный молодой человек, хрупкого сложения, бледный, весь на взводе, с красными  будто от бессоницы глазами.'"

продолжение следует...
 
01eg: Я (Default)
 "Как сказал один умный человек: "бытие определяет сознание", и, проведя среди безумцев достаточно долгий срок, мы сами рискуем подчас выйти слишком далеко за буйки разумности." - писал неведомый хозяин тетради.
"За свой более, чем двадцатилетний опыт я несколько раз наблюдал нечто подобное у некоторых из своих коллег. Хотя, признаюсь, никогда не верил, что такое может произойти со мной. Точно также мы не верим в то, что когда-либо умрем, прекрасно отдаем отчет в том, что все мы смертны, но в то же время, когда речь заходит о нас самих, все мы подсознательно храним некую наивную эгоистическую веру в то, что с нами точно ничего подобного никогда не произойдет. Только не с нами. Поэтому то, за редким исключением, неутешительный диагноз врачей всегда становится для нас не просто ударом - в такой момент тебе кажется, что рушится весь твой мир. Все то, привычное, рациональное, надежное, что составляло незыблемую уверенность нашего бытия, вдруг перекашивается, обнаружив халтурную, фальшивую изнанку. Как у голливудских декораций: ты сворачиваешь с главной улицы типичного городка на Диком Западе и вдруг обнаруживешь вместо вместительных деревянных домов, салуна и резиденции шерифа хлипкую фанерную стену, за которой ничего нет. Примерно также почувствовал и я себя тогда, когда все это начало происходить со мной. Правда, меня приводил в холодный ужас не страх смерти. Отнюдь. Меня пугала до холодного пота потеря разума, чувства реальности, погружение во мрак начинающегося безумия - а для меня это куда хуже смерти. Хотя сегодня, спустя несколько лет, я более чем уверен в своей здравости. Мне довелось столкнулся с чем-то, что выходит за пределы нашего рационального опыта, я невольно приоткрыл некий покров и увидел нечто, изменившее навсегда мое привычное представление о мире. И  очень скоро, как мне кажется, за это мне прийдется заплатить максимальную цену...   Страха уже нет. Находясь в терпящем крушение самолете, вы, конечно, можете в панике носиться взад-вперед, издавая душераздирающие вопли. Все равно не поможет. Я предпочитаю принять свою судьбу и встретить неизбежное с несколько большим достоинством. И если кто-либо читает сейчас эти строки, это значит, что из своего "последнего полета" я так и не вернулся. И прежде, чем продолжить чтение и вступить на неведомую территорию, откуда, возможно, не будет возврата, подумай, какую ценую ты готов заплатить за собственное любопытство."

 продолжение следует...
 
01eg: Я (Default)
В моей жизни все самые удивительные события происходили именно тогда , когда я менее всего ожидал чего-то эдакого, и мой внутренний компас приключений молчал, как винзантийский анахорет. Точно также и эта история, которая перевернула мою жизнь, и, вполне возможно, изменит навсегда жизнь одного из тех, кто читает эти строки, застала меня абсолютно врасплох. Также хочу предупредить тебя, дорогой читатель, что дальнейшее прочтение этого текста может изменить твою жизнь навсегда. И прежде, чем ты дашь волю своему любопытству знай, что цена может оказаться слишком высокой - я говорю это, исходя из своего личного опыта.
Все началось с того, что как-то, пару лет назад, роясь в развалах русского букинистического магазина в центре Тель-Авива, я наткнулся на стопку старых книг, изданных еще в эпоху СССР. Среди них были в основном давно устаревшие книги по советской психиатрии, не менее дряхлый медицинский словарь, несколько книг по философии, изданных в 70-е годы прошлого века, и - вот это да! - энциклопедия магии Мэнли Холла в двух зачитанных до неприличия, замусоленных томах. Дивясь столь необычному соседству, я машинально вытащил из стопки первый том и, слегка морщась потрепанному состоянию книги, раскрыл ее. Между обложкой и титульным листом я обнаружил небольшую ученическую тетрадь, всю исписанную убористым, красивым и при этом на удивление трудным для прочтения почерком, живо напомнившим мне рецепты нашего семейного врача, которые я так тщился прочесть в пору своего детства. Воровато оглянувшись по сторонам и прийдя к выводу, что на меня никто не обращает ровно никакого внимания, я с равнодушным видом вложил раскрытую тетрадь обратно в книгу и с интересом принялся за "расшифровку" первой страницы:
Меня зовут    Хотя, какая разница? Я вообще не уверен, что кто-либо когда-либо прочтет эти строки. Но мое время на исходе,и мне очень хочется напоследок выговориться, поделиться всем тем, что так терзает меня в последнее время. Попытайся я рассказать свою истоию кому-либо из своих близких или друзей, меня, несомненно, сочли бы ненормальным. Не так давно точно также подумал бы и я сам. Поэтому единственный возможный для меня способ - это записать все на бумаге.
- "Многообещающе, - подумал я.  "Тетрадь, ты идешь со мной".  Затем, прикинув, что в данной ситуации наиболее подозрительно выглядеть будут потуги что-либо спрятать, я  положил книгу Холла на место и внаглую направился к выходу из магазина с тетрадью в руке, будто так и надо, пытаясь придать себе максимально самоуверенный вид. Продавщица у входа недобро зыркнула, но убедившись, что у меня в руке всего лишь изрядно потрепанная ученическая тетрадка, моментально расслабилась и даже выдавила из себя ответное "до свидания". Тем же вечером я с любопытством продолжил разбирать рядых убористых иероглифов, одновременно пытаясь представить в воображении автора этих строк, сочившимися такой поразительной безысходностью, человека явно неглупого и обладавшего очень неплохим, четким слогом. 

продолжение следует...

 

March 2012

S M T W T F S
     12 3
4567 8910
11121314 151617
181920 21222324
25262728293031

Most Popular Tags